Связь:
+7 (909) 251-01-08
outcinema@yandex.ru
Санкт-Петербург, Ковенский переулок 14
 

ХИРОСИ ТЭСИГАХАРА

Одной из главных особенностей японского традиционного визуального искусства является приближенность к объекту наблюдения, причём приближенность предельная, открывающая в капле росы отражения мироощущений и вселенной. Расчленяя целое на составляющие и фокусируя внимание на непримечательном, Хироси Тэсигахара — это полное соответствие художника его творчеству. Его значимое, но почти мимолётное и завуалированное положение в мировом кинематографе — это некая духовная установка. Анализируя и наблюдая, он остается экспериментатором и художником, гармонично сочетающим то, что «не уживается в одной строчке».

Образ его личности неизбежно сопряжен с семейной традицией. Его отец — мастер икэбаны Софу Тэсигахара — оставил сыну пост директора Центра искусств Согецу и воспитал в сыне классическое японское видение-созерцание пространства маленьких вещей, но вне шаблонов самого классицизма.

О своем отце Хироси пишет: "Как мне кажется, именно благодаря тому, что произведения Софу вырвались из рамок чистой икэбана в новые творческие и эстетические области, в них стали столь отчетливо видны новые духовные и материальные начала. Софу сам выбрал себе свою миссию — миссию вечного творчества, постоянного созидания нового. А началось все с судьбоносного противоречия между отцом и сыном. Пойди тогда сын на компромисс — он бы перестал существовать как личность. Ему нужно было что-то преодолеть, нужно было повести себя как сжатая пружина, нужно было сделать исключительно трудный выбор. Пойди Софу тогда на мировую — он никогда бы не вышел на просторы свободы, никогда бы не взлетел на невиданные прежде в мире творческие высоты".
Хироси Тэсигахара — универсальный художник, по сути «человек Возрождения». Совмещая в себе таланты, притом таланты безупречные: мастера керамики, аранжировщика цветов, живописца и архитектора, он сумел найти гармонию в своих «деятельностях». Так талант режиссера нашёл себе место в жизни Тэсигахары, как способ анализа пространства форм в определенном временном промежутке. Кинематограф для него — это еще один способ определения личного пространства, подобно икэбане, живописи и керамике, ни в коем случае не доминирующий над остальными. Из разных видов творчества он будто по кусочкам создавал единую картину собственного видения этого мира.
В послевоенные годы весь культурный слой Японии охватил скептицизм, который заявлял о беспомощности японской традиции, вынуждающий художников обогащать исконное и расширять границы за счет влияния других культур, что повлияло и на творчество Хироси. Так, в 60-х годах в традиционный японский символизм начал проникать сюрреализм. Впоследствии он говорил: «Меня больше всего интересовала живопись сюрреализма, творчество Дали, Миро. И я ставил перед собой задачу воспроизвести японскую действительность в образах сюрреализма».

Гений Тасигахары заключается в том, что сущность японского искусства базируется на строгом следовании рациональным законам, концентрации и повторении, которое он обогатил западным веянием и в чем-то даже трансформацией в сторону запада (так, например, он снял документальный фильм, вдохновленный испанским архитектором Антонио Гауди, в котором изучает главный архитектурный памятник Барселоны), оставаясь при этом исконно японским художником, только обновленным. По сути, он адаптировал японскую традицию к измененной картине мира шестидесятых годов.
Сюрреализм Тэсигахары выражается в вере в «высшую реальность определенных, ассоциативных форм, во всемогущество грез, в бескорыстную игру мысли», которую он созерцает во временных точках — сигналах беспокойства и нарастающего волнения. Пространства прошлого, настоящего и будущего, восстанавливаемые интуитивным воображением, проецируют то самое тревожное настроение человечества. Используя абстрактные приемы, режиссер создает символы из тех же привычных и известных комбинаций элементов, однако обновленных веянием западных традиций, оставаясь в лоне своей культуры, но дистанцируясь от нее, чтобы рассмотреть все возможности влияния ее на личность. Андрей Арсеньевич Тарковский не раз выделял фильм «Женщина в песках» (1964), как один из десяти любимых.

Тэсигахара — сложный в своей простоте режиссер, понимание которого будто приближает тебя к такой загадочной японской культуре, погружая на толику в созерцание и отчуждение. Как и многие современники, он проявлял интерес к экзистенциализму — месту и роли отдельной личности в современном обществе. Работая вместе с японским писателем Кобо Абэ, Хироси Тэсигахара экранизировал несколько его книг, в том числе «Чужое лицо», где интерпретировал почти фантастические образы, за которыми стоит реальная социальная и нравственная проблематика, в визуально-целостное абстрактное кино.

Фильмы Тэсигахары представляют собой своеобразные притчи, сочетая глубокую философскую подоплеку с вполне ясными и действительными образами, тем самым передавая через реализм аналитический символизм того времени. Вопросы поколения о своем месте в постоянно меняющемся обществе нашли непосредственное отражение в классическо-реформаторском образе режиссера Хироси Тэсигахары.

ПОДЕЛИТЬСЯ ТЕКСТОМ
Поддержать «Кинотексты»
Любое Ваше пожертвование поможет развитию нашего независимого портала.
Также вы можете перевести любую сумму по Сбербанк Онлайн:

4817 7600 8370 3508
ПОХОЖИЕ МАТЕРИАЛЫ
Made on
Tilda